August 17th, 2013

Столиц много

Кто-нибудь уже прочитал эту книгу?
Нелидова Е. Четыре столицы Древней Руси. Старая Ладога, Новгород, Киев, Владимир. Легенды и памятники. АСТ, 2013.

Если есть столицы - значит есть и государство.
Интересно, что там за концепция государственности?
.

Мои твиты

В ожидании ветра

Груша, упавшая на ноутбук, выдернула меня из мягких объятий послеобеденного сна. Вокруг было тихо. Легкий ветерок шуршал в листве, сквозь которую пробивалось нежаркое уже, но еще яркое августовское солнце. Казалось бы, идеальное время и место для дремлющего человека.
Присесть под грушой, поработать в тени листьев - это была моя гениальная идея. И вот результат - сон, прерванный шальной грушей, проскакавшей по клавиатуре и написавшей что-то несуразное в предусмотрительно открытом мной важном файле с будущей шедевральной статьей.
Я стер буквенное выражение полета груши, не найдя в нем ничего ценного, но продолжать работать уже не мог. Фрукт, упавший на меня, не произвел эффекта, подобного известному яблоку, видимо, фрукт был не тот, да и попал он не в голову,  в которой  по этой причине не пронеслось не только новых законов мироздания, но и давно открытый закон всемирного тяготения был прочно забыт.
Я отложил ноутбук и побрел к дому, перешагивая через валявшиеся тут и там груши и яблоки. Их было много, очень много. Но все они падали мимо подходящих голов. Яблок много - голов мало.
Я стал искать в доме кепку, или бейсболку. У меня была надежда, что яблоко еще найдет мою голову, и я хотел немного смягчить удар, хотя в этом, конечно, был риск не получить необходимый для открытия импульс. Но голова мне показалась важнее.
Кепку я не нашел, зато нашел бутыль пива в пластиковой таре, датированную 2011-м годом. На этикетке было написано, что срок годности истекает в том же, 2011-м году. Я не мог вспомнить, откуда у меня эта бутыль, потому что сам давно пива не пил.
Ну да ладно, я взял пиво и побрел на улицу. В голове, не ударенной яблоком, на секунду промелькнуло искаженное лицо Онищенко, который беззвучно открывал рот и пытался предостеречь меня от употребления просроченного напитка. Я выключил Онищенко и присел за стол, под большим сливовым деревом. Слив дерево давно не давало, но было красивым и тенистым. Рубить его было жалко.
Я решительно открыл пивную бутыль, вдохнул рванувшийся из горлышка воздух,  налил себе в кружку и начал пить. Просроченное пиво показалось мне не менее противным, чем пиво обычное. Онищенко был посрамлен. С искаженным лицом главный санитарный врач страны удалялся от меня в неизвестном направлении. Я проводил его спокойным взглядом и налил себе еще.
Очередное легкое дуновение ветерка вызвало глухой перестук падающих яблок.
Я поставил кружку, пригладил волосы и, согнувшись, полез по траве под низкие ветки старой яблони, улегся под ними и замер в ожидании ветра.
.

С другой планеты

Зашел я тут как-то в магазин, где телефоны мобильные продаются. Подбежали ко мне два молодых человека и начали  внимать моим желаниям.
Я достал из правого кармана аккумулятор от телефона и поинтересовался, есть ли у них такие же.
Сначала один посмотрел-повертел, потом другой, посовещались немного и говорят: Не знаем от чего это. А покажьте-ка, мил человек, ваш телефонный аппарат, из коего вы этот аккумулятор вытащить изволили!
Ну, я достаю из левого кармана телефон и им показываю.
Они, смешные такие, опять стали вертеть-крутить: Нет, говорят, мы такого телефона отродясь не видели и понятия о нем не имеем. Где вы его, говорят, взяли?
Да у вас, родимые, - это уже я отвечаю, - В смысле,  в этом же магазине, только лет пять назад.
Закатили они глазки, типа, а что вы хотите, это ж когда было! Нас тогда почти и не было в разумном состоянии на этой планете.
Ушел я от них. Молодые больно. Шустрые.
Пять лет для них - уже другая эпоха и другой мир, о котором им знать уже обременительно и потому не обязательно.
.