Category: философия

Category was added automatically. Read all entries about "философия".

Колобок круче Сковороды

Любой Колобок должен понимать, что лиса его поджидает и когда-нибудь обязательно съест. Так что по этому поводу переживать не надо. А вот не быть съеденным зайцем, влоком и медведевм - это обязанность Колобка.
В конце концов, эпитафия "Мир ловил меня, но не поймал" вполне могла бы быть и на могиле Колобка. Но, в отличие, от Григория Савича,  у Колобка и могилы нету. То есть Колобок, конечно, круче.

Сковорода
.

О нужности и ненужности философии

Судьба философии решается не в кабинетах министерств. Она решается в головах людей. В том числе и в наших головах.

Вот Виталий Куренной спасает философию, рассказывая о том, зачем она нужна, цитируя и опираясь на Канта, доказывая, что философия - основа самостоятельного мышления.
А Газета.ру очень характерно добавляет после статьи сакраментальное : Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.

А вот Василий Якеменко, со всей силой своего интеллекта и опыта доказывает, что никакая философия не нужна. Ну, то есть, книги можно топить в унитазе, а можно рекомендовать читать, что выгодно и за что платят - то и нужно делать. А философия не просто не нужна - она вообще этому мешает.

И я знаю, кто побеждает в этой заочной дискуссии сегодня, и кто победит в ней в будущем.
.

Лаоцзыада Дмитрия Медведева

Из всех древнекитайских мыслителей Лао-Цзы один из самых загадочных и странных. Про него мало что известно наверняка, а его мысли настолько туманны, что позволяют весьма противоречивые и разнообразные интерпретации.
Наверняка не случайно, что именно Лао-Цзы стал для Дмитрия Медведева источником публичной мудрости. Даже не Конфуций, который, все таки, в государственном управлении понимал побольше Лао Цзы, и почитается во многом именно за это.
Но - нет, именно Лао Цзы и именно цитаты из Дао дэ Цзин.
Какие цитаты?  Да вот такие.
Итак, начнем.

Collapse )

Очень похоже, что Дмитрию Анатольевичу действительно нравятся цитаты Лао Цзы, он их как-то подбирает и с удовольствием цитирует. Но вот что настораживает, так это то, что из них ничего понять нельзя. Они все ни при чем, не имеют никакого отношения к делам самого Дмитрия Анатольевича.
И в этой связи, никак нельзя не отметить, что именно это, именно такая ситуация и является центральной проблемой трактата Дао ды Цзин, главная истина которого такова: подлинное Дао не может быть выражено словами!
И еще там есть такое, следующее из главного: знающий - не говорит, говорящий - не знает.
Интересно, когда Дмитрий Анатольевич доковыряется до этой цитаты?
.

Поступать по-Диогеновски

Диоген был ваще отморозок.
Плевал на всех и на всё. Даже попав в рабство, не бросил своих привычек и вел себя нагло и дерзко. За это хозяин сделал его учителем своих сыновей.

Гегель, этот правильный и скучноватый шваб, скрыто восхищался Диогеном и его свободой, пересказывая анекдоты о Диогене.
Вот этот, например:
"На одном пире гость бросил ему, как собаке, кость. Диоген подошел к нему и поступил по отношению к нему по собачьи"
(цит. по Гегель Г.Ф.В. История философии. Книга вторая, Спб, 1994, с.115).

Гегель, наверняка со страхом, но все же и сам мечтал со многими своими покровителями поступить по-Диогеновски.
Вообще, такой метод надо бы внедрить и у нас.
.

Августин о коммуникации

Который раз вспомнил одну фразу Св.Августина, о которой уже писал:
"Я предпочитаю терпеть упреки знатоков грамматики, нежели оставаться непонятным народу".

Это ведь практически впервые в европейской культуре отмечается три очень важных разрыва.

Первый разрыв.
Разрыв в понимании коммуникационного сообщения, социальный разрыв между теми, кто способен понимать сложные сообщения, и теми, кто этого сделать не способен.
Знание грамоты, умение читать перестает быть единственным и универсальным барьером для распространения знания, само умение читать дифференцируется, усложняется.
Похоже, например, что в античности этот разрыв был почти неразличим, или он не осознавался. Любой грамотный мог вполне прочитать и понять, скажем, диалог Платона. А еще лучше - послушать того, кто прочитал и понял. То есть ситуация была несколько иной.

Второй разрыв.
Разрыв между кем-то установленными правилами организации коммуникации ("грамматика") и эффективностью самой коммуникации ("понимание").
Усложнение общества и социального устройства приводит к необходимости выработки более строгих правил коммуникации, которые, будучи установленными, начинают жить собственной жизнью и могут серьезно расходиться с практическими правилами эффективной коммуникации.

Третий разрыв.
Это вообще тройной разрыв между теми, кто устанавливает правила коммуникации, теми кто генерирует тексты и теми, кто тексты должен понимать ( потреблять, по-современному).
Об этом совершенно ясно пишет Августин, противопоставляя в одной фразе себя, знатоков грамматики и народ.

В итоге, процесс коммуникации у Августина предстает сильно отличающимся от того процесса, который рисовал Аристотель ("оратор - речь - аудитория").
В этом смысле, когда говорят о возвращении "средних веков", я всегда думаю об Августине.
Многим сильно не мешало бы "вернуться" и подняться до его уровня.
.

Смертельный поцелуй для философии

Когда я думаю о своей значимости, и собственном величии, я почему-то вспоминаю немецкого философа Фихте.
Этот серьезный, и даже в чем-то угрюмый в жизни, но довольно живой в текстах философ умер в январе 1814 года, когда ему было чуть-чуть за 50, но он, хотя и был довольно известен в Германии и даже занимал пару лет кафедру философии в Берлинском университете, - не был особо популярен и влиятелен.
По крайней мере, после смерти труды и идеи Фихте стали гораздо более значимыми.

Ну так вот, в 1814 году супруга философа добровольно (!) стала ухаживать за находившимися в берлинских лазаретах ранеными немецкими солдатами (тогда шла война за освобождение Германии от французских войск).
А Фихте только-только начал новый лекционный курс по своей, ставшей потом знаменитой книге, о понятии наукоучения.
Так случилось, что супруга заразилась тифом и была почти при смерти.
Фихте ухаживал за ней, а после своей первой лекции, Фихте, несмотря на опасность, пришел опять в госпиталь к жене, и увидел, что жене стало лучше.
Как пишут биографы, "обрадованный, он обнял и поуцеловал ее, но, как оказалось, сам заразился тифом через поцелуй и через несколько дней умер".

Поцелуй смерти, если хотите.
Это когда философия слишком близко соприкасается с реальной жизнью.
Но это и поцелуй жизни. Когда философская значимость приносится в жертву реальности.
Великий философ Фихте умер, но зато остался Фихте-человек, выходивший свою супругу, но не уберегший себя самого.

Диалектика.
.

Утопии, которые мы выбираем

Написал для одного журнала статью. Статья небольшая, а мыслей появляется много.
Видимо, вообще это будет колонка, посвященная Утопиям в нашей жизни.
Но только не абстрактным Утопиям, а конкретным, влияющим на нас и меняющим нашу жизнь.
Вообще в последние годы Утопии как-то ушли в тень, про них говорят вроде как бы с усмешкой - ну, типа, это же Утопия, не фига про это думать. Над Утопиями принято громко смеяться, и тихо бояться.

Когда я первый раз услышал слово «Утопия», а было это много лет назад,  еще в школе, мне стало очень смешно. Я поделился своим весельем с рядом сидящим другом, и он тоже стал смеяться. Нам показалось очень забавным это слово, а самым забавным -  контраст значения этого слова с теми значениями, которые мы в нем улавливали. Действительно, с одной стороны «Утопия», как ее понимают ученые мужи — нечто прекрасное, мечта о лучшем мире. А с другой стороны мы, дети, которые услышали в этом слове что-то связанное с утоплением. Мы живо представили как барахтается в луже этот самый Томас Мор, в своем старомодном платье, в треуголке и с книжкой в руке. Такая вот «утопия». Нам было смешно. Мы покатывались со смеху. Мы смеялись над незадачливым философом, мечтавшим о лучшей жизни для всех, но попавшим в лужу.
Правда, учитель не понял нашей радости по поводу Томаса Мора и выгнал нас обоих из класса.
Так я пострадал за Утопию.

Сегодня же вообще не принято даже говорить о страданиях (особенно о чужих), и уж тем более страдать за какие-то идеи.
Но я почему-то чувствую, что появляется необходимость в Утопиях, только не в тех, которые втюхивают сверху, нет.
Появляется необходимость в Утопиях, за которые люди отвечают, к которым стремятся, которые рисуют наш общий путь к более совершенному обществу.

Collapse )
.

Анархия - мать философии

Ян Коменский так описывает зал античной философии:

"Бион здесь спокойно сидел, Анахарсис прохаживался, Фалес летал, Зезиод пахал, Платон гонял в воздухе "идеи", Гомер пел, Аристотель диспутировал, Пифагор молчал, Епименид спал, Архимед двигал землю, Солон писал законы, а Гален рецепты, Евклид мерил зал, Периандр распределял обязанности, Клеобул испытывал будущее, Питтак воевал, Виант попрошайничал, Епиктет служил, Сенека, сидя на грудах золота, восхвалял бедность, Сократ каждому говорил про себя, что он ничего не знает, Ксенофонт, напротив, каждого хотел научить всему, Диоген, выскакивая из бочки, гонял все проходящих мимо него, Тимон всякого оскорблял, Демокрит над всем эти смеялся, Гераклит, наоборот, плакал, Зенон постился, Эпикур пировал, Анаксарх говорил, что все это - ничто, что это только так кажется"

Коменский, "Лабиринт света и рай сердца",

Дидакт и моралист Коменский, конечно, без симпатии рассматривает состояние античной философии и нравы ее носителей, но лично мне такая Палата №6 как-то симпатичнее философских казарм и бараков, выросших позднее из Великой дидактики самого Коменского.

Умница Фейерабенд очень верно все это  подытожил:
"Наука представляет собой по сути анархистское предприятие: теоретический анархизм более гуманен и прогрессивен, чем его альтернативы, опирающиеся на закон и порядок"

Конечно, порядок, слава Богу, сам по себе философию не убивает.
Но элементы анархии и случайности делают науку более богатой, живой, человечной. А порядок отправляет все это на второй план.
Как это сделал Коменский, создав классическую модель образования, от которой мы никогда уже, видимо, не избавимся.
.

Хуньдунь подкрался незаметно

Все-таки удивительная вещь - эта китайская философия. Особенно ранняя, связанная с даосизмом.

Там такие мысли загибают - крышу сносит.

Вот в одной книге ("Люйши чуньцю") прочитал. 

Во-первых, вот такая фраза, об которую всю голову сломал:

"Небо круглое, земля квадратная".

По-моему - супер! Еще бы понять, что это значит.

А вот еще один шедевр оттуда.

Волшебное и что-то навевающее для русского уха слово - "хуньдунь"

"Хуньдунь" - это вам не что-нибудь, это первичный хаос в китайской мифологии, состояние целостности, в которой неприменимы никакие пространственно-временные параметры.
Короче, почти счастье!

Да здравствует полный хуньдунь!
.

Ницше о государстве

 Когда-то давно (17 лет назад!) купил одно из первых в в современной России изданий Ницше (двухтомник 1990 года в переводе К.Свасьяна). Сразу почти все прочитал и периодически намеревался перечитать. Да все некогда было, только заглядывал иногда.

Вот и сегодня посмотрел и сразу наткнулся на удивительные мысли о государстве, хотя Ницше у нас обычно не считают политическим мыслителем.

Ницше начинает почти как юморист:

«Кое-где существуют еще народы и стада, но не у нас, братья мои: у нас есть государства».

 А потом выдает классную мысль:

«Рождается слишком много людей: для лишних изобретено государство».

 Вот! Все мы - лишние люди! Сразу вспомнилось,  что и "Печорин - лишний человек", и lost generation  после первой мировой войны.

Кто-то более "лишен", кто-то менее - но все равно все лишние!

Лишние люди - не потому, что государство такое, а скорее государство просто создано от большого количества лишних людей. 

Кстати, Маркс почти одновременно с Ницше, но другими словами писал о необходимости "отмирания государства".

 Вот что Ницше пишет далее о нас:

«Посмотрите же на этих лишних людей! Они крадут произведения изобретателей и сокровища мудрецов: культурой называют они свою кражу – и все обращается у них в болезнь и беду!»

Так ее, культуру нашу! Молодец, Фридрих!

 И, наконец, что делать:

"Там, где кончается государство, и начинается человек, не являющийся лишним: там начинается песнь необходимых, мелодия, единожды существующая и невозвратная.

Туда, где кончается государство, - туда смотрите, братья мои! Разве вы не видите радугу и мосты ,ведущие к сверхчеловеку?"

 Нет, честное слово, есть в этих идеях что-то анрхистское, что меня сильно привлекает. Это если не думать, что придет на смену государству. Этого не смог предугадать ни Ницше, ни Маркс.